Мне кажется, Алехин (при всей моей любви к нему, как к последнему из рыцарей поэзии) застрял в другой реальности, не поспевает за нынешним веком. То, о чём он говорит, было актуально пять, десять лет назад. Ну, может быть, год назад – с небольшими отклонениями. Но не сейчас… Немного нафталином отдает.
Что интересно, из ныне здравствующих названы только три (плюс Кушнер, но это столп) имени. Притом, что все трое названых – пролетели мимо сегодняшнего дня, не поймав его и не поняв. Что значит, ушли в прошлое, перестали быть интересными своему веку.
Немного странно, когда ведущий редактор, критик, поэт, эссеист пишет о современной поэзии, отплясывая вокруг трех точек: золотой век, серебряный и шестидесятые. Вечное нытьё о том, что раньше было лучше, начинает утомлять. Оно не двигает литпроцесс, наоборот, тормозит, висит, как пудовая гиря на ногах, замедляя ход.
У нас есть донбасская валькирия – Долгарева, ставшая уже народным достоянием (хоть связывай и в музей под стекло клади, чтобы не подвергала свою жизнь опасности ради бездомных кошек Донецка), у нас есть чудесный Мельников, Караулов, Ватутина… Из могикан, кто явно вписался в нынешний век – Юрий Кублановский, да хотя бы вечный учитель Бродского – Евгений Рейн. Огромное количество имён. Всех в одной реплике не поместишь.
Это ведь уровень «высокой поэзии», о которой переживает Алексей Алехин, это поэты, которые наследуют традициям русской культуры, продлевая её, делая современной, созвучной эпохе, а не тусовочные авторы по типу названных, набивших статус за счёт иронии постмодерна нулевых и десятых: Емелин, Полозкова и Быков.
Как можно говорить, что поэзия умерла, когда она вдруг нашла свой голос, начала звучать изо всех утюгов, оттеснив эстрадников, поп-идолов и рокеров? Живых не хоронят. У неё в запасе множество дыханий. Агония нулевых и десятых подошла к логическому финалу. Король умер, да здравствует король! Настоящая поэзия, сгоревшая на рубеже веков, подобно Фениксу, поднимает голову из пепла.
#литповестка
