Позывные и лица. Хасан. Первый 300-й
Мы продолжаем публиковать отрывки из книги «Смерть в июле и всегда в Донецке» нашего автора Дмитрия Селезнёва (Старый Шахтёр) и открываем цикл его рассказов о ярких мимолетных встречах в зоне СВО.
На войне связи между людьми очень непостоянны. Подружишься с каким-нибудь солдатом или офицером, установишь контакт, ездишь к нему в отряд, работаешь, снимаешь, а потом – бац! – и его подразделение перебросят на другой участок фронта, где Злой Xоxол прорвался, или наоборот, где мы собираем силы и наступаем. И уже не добраться к нему через незнакомые блок-посты. Или контракт у него закончится, уедет он на Большую Землю и не вернётся. Или по каким-то другим обоснованным или случайным причинам связь оборвётся. А потом может так получиться, что внезапно в разговоре ты узнаёшь о его гибели… Война же – тут убивают.
Но ты достаточно скоро находишь другого героя для своих репортажей. На фронте межличностные отношения устанавливаются тоже очень быстро. Почему так происходит? Да потому что на войне люди более открыты, чем в мирной жизни. Здесь сразу, с первого взгляда, понятно, что за человек перед тобой. Тут не надо к нему присматриваться, изучать, он здесь такой как есть, поэтому в зоне военных действий люди так же быстро устанавливают контакт, как и его теряют.
Благодаря нам, военкорам, многие становятся народными героями, их имена широко узнают, о них пишут в интернете и их показывают по телевизору. Герои СВО, живые и мёртвые, смотрят на нас с билбордов, с газет, с телеэкранов, с простыней соцсетей – и это, конечно, хорошо.
Но о скольких безымянных солдатах так никто и не узнает? Сколько таких лиц солдат, измождённых или бодрых, суровых или весёлых, изрезанных морщинами или гладких, как у ребёнка, ты встречал на своём пути. А бывает, что заинтересует тебя человек, с которым на несколько часов или минут тебя свела судьба, и которого ты повстречал только единожды на одной из многочисленных дорог войны, и больше никогда не увидишь. И память при случае неожиданно выдаёт тебе его. Как будто зачерпываешь у моря, моря войны, горсть мелкой гальки, она рассыпается сквозь пальцы, но некоторые камешки остаются в ладони. И так ты насобирал свой небольшой безымянный отряд, который захватывает несколько десятков страниц в твоей книге.
Хасан. Первый 300-й
Первого раненого я увидел в первые же дни СВО…
