ДОНБАССКИЙ ДЖИХАД. На днях заезжал в гости товарищ (ополченец первой волны, историк, евразиец), говорили с ним о сложных...

ДОНБАССКИЙ ДЖИХАД

На днях заезжал в гости товарищ (ополченец первой волны, историк, евразиец), говорили с ним о сложных диалектических отношениях между Россией и Донбассом. Россия целое, Донбасс часть этого целого. Но здесь не только диалектика между частью и целым. Здесь все гораздо сложнее.

Донбасс фронтир, со своей особой этикой и онтологией, Россия огромное государство-цивилизация, отдельные части которого, быть может, даже не вполне еще чувствуют, что государство ведет войну. Между большой Россией и Донбассом существует не только огромный бытовой разрыв (т.е. разница в бытовом отношении), но и разрыв экзистенциальный. Уже в который раз мой друг сравнил Донбасс с планетой Аракис из вселенной Дюна Френка Герберта. Жители Донбасса, или окраинные русские это фримены, фейдакины, которые ведут свой джихад. Они более радикальны, в отличие от жителей центральной России, ибо они, в отличие от них, стоят лицом к лицу с абсолютным врагом уже девять лет (а на самом деле даже больше). И в то же время они более спокойны, потому что уверены в себе, знают о своей крепости, знают про себя всё, что надо о себе знать воину: что они выжили и выживают в таких условиях, в которых иной житель столицы уже давно бы впал в истерику от стресса и лишений. Особенное сходство Донецка с Аракисом в понимании ценности воды (в Донецке, напомню, вода отсутствует уже около года, лишь относительно недавно ее стали давать каждый вечер, а до этого давали раз в три дня). Поэтому сравнение донбассовцев с фрименами более чем уместно. А их войну с украинством можно уподобить джихаду, который начал Муатдиб со своими фрименами против власти харконненов.

Действительно, донбассовцы, как и фримены вольный народ. И война, которая шла здесь восемь лет до СВО это, как выразился бы Иван Аксаков (по поводу славянского восстания на Балканах в 1876 г.) это самовольная война. У этих вольных людей своя этика - этика фронтира, которая действительно более радикальна именно потому, что она имеет дело непосредственно с другим миром, причем миром крайне враждебным (украинство как искусственно созданная западом идеологема). Эти люди острее чувствуют ценность большой России как Империи и готовы сражаться за нее против врага. И именно это как раз и отличает их от жителей большой России, многие из которых никогда не чувствовали себя в большой опасности (т.е. не чувствовали опасности для целого, называемого Россией) и потому не вполне понимают весь этот донбасский джихад против украинства. Здесь как раз эта диалектика отчетливо проступает: небольшой Донбасс, находящийся на окраине русской цивилизации, гораздо лучше осознает угрозу для России, чем ее центр

Но постепенно большая Россия и Донбасс как ее фронтир будут взаимопроникаться спецификой друг друга, и донбасский джихад должен будет охватить все наше государство. Тогда и только появится горизонт Победы, и о ней станет возможно говорить всерьез. Потому что священная Победа возможна только в Священной Войне - Священной Войне Очищения, как расшифровывал СВО покойный Владлен Татарский.

Андрей Коробов-Латынцев специально для Ледоруба